Художник никому ничего не должен...
«Общество, ориентированное на отдых, требует гедонистического искусства, так же, как и массы, получившие хлеб, жаждущие зрелищ. Нувориши нового времени рассматривают художника как декоратора или клоуна», — ворчал великий скульптор и скандалист Эрнст Неизвестный. Он, разумеется, прав. О волчьих законах рынка, о самодурстве заказчиков, о ловких пройдохах и халтурщиках, гонящих на поток дешевые артефакты, любят порассуждать все уважающие себя художники. Они мечтают о коммерческом успехе, жаждут и одновременно боятся прилипчивой славы, которая может их поработить.
Елецкий прошел через все искушения, мог позволить себе быть декора тором и клоуном. Брал заказы, повторял по требованию заказчиков одни и те же сюжеты, переделывал по малейшей прихоти покупателей любые детали и жесты, менял местами цвета, увеличивал глаза и бюсты, уменьшал носы, не замечал бородавок и двойного подбородка. Но, удивительно, что подобный диктат не убил в нем творческого начала, не подавил волю и желание всё делать по-своему. Напротив, интерес со стороны придирчивых покупателей окрылял, вносил чувство уверенности в своих силах, а главное — особый кураж. Всё превращалось в захватывающую рисковую игру. Заказчик исполнял роль самовлюбленного властелина, придирчивого, но порой бестолкового; художник исполнительного беспринципного маэстро, готового на всё, чтобы угодить клиенту. По прихоти богатых обывателей рождались порой странные картины, в которых попытка достичь призрачной идеализации и красочности оборачивались вдруг либо ирреальным кошмаром, либо ощущением надрыва и поэтической меланхолии.
Андрей Елецкий — своеобразный певец нашего странного времени, а время требовало от него быть именно таким: в чем-то самодеятельным, а в чем-то консервативным, неровным, страстным, компромиссным, наивным, строгим и великодушным.
Именно поэтому случайный зритель, через сотню лет заглянувший в этот альбом, возможно, решит: «Именно таким и был наш мир в эпоху перепутья и всеобщего смятения: странным, взрывным, непредсказуемым и красочно-мрачным». Хотя, возможно, он выскажется иначе: «Удивительно, как художник исказил реальность, как в его обостренном сознании скучные и банальные вещи, лица и мизансцены соединились в немыслимый фейерверк». А может быть, ему на ум придут совершенно иные сравнения, метафоры и мысли. Да, впрочем, какая разница...
Сергей Михайлович Одоевский,
куратор выставки, специалист по экспозиционно-выставочной деятельности ЕАСИ, искусствовед
