Николай Шушалыков родился в деревне Исаково Кировской области в 1958 году. В 1986 году окончил Свердловское художественное училище. Член Союза художников России, председатель секции церковного искусства. С 1986 года - участник городских, региональных, всероссийских и зарубежных выставок. За период творческой деятельности работал над благоукрашением более чем 20 храмов на Урале, в России и за рубежом.

Радость земного бытия

Художник живет воспоминаниями, именно они дают ему бодрящую энергию, ощущение устойчивости и надежду на чудесное завтра. Внимательно всматривается он в свои творческие истоки, в первые, пусть в чем-то несовершенные, работы, в которых есть и молодой задор, и головокружительные мечты о будущем. Безграничной веры в свою звезду уже так не хватает в зрелости, когда юношеская расточительность и непосредственность сменяются выверенной профессиональной хваткой и расчетливой манерой.

Екатеринбургский мастер церковного искусства Николай Шушалыков начинал свой творческий путь в бурное перестроечное время без амбиционных проектов и нарочитых скандалов. Его первые станковые живописные работы переполнены светлой радостью земного бытия и ожиданием тихого счастья. Определенной программой на последующее десятилетие стал дипломный проект «Лето» (1986) с теплой и проникновенной мягкостью природной среды. Эта притягательная природа и лучистый свет определяют живописный строй картины «Грибной дождь» (1989), где камерный сюжет обретает поэтическую возвышенность.

С родным домом в деревне Исаково (Кировская область) связаны основные работы художника этого периода. Сюжетная простота жанровых картин «Осень» (1987) и «Зимний вечер» (1987) с их деревенской атмосферой оборачивается особой доверительностью и выразительной красочностью. Знание художником исконной сельской жизни проявляется не через документальную дотошность, сухое повествование, а через ритм живописных пятен и сдержанную стилизацию персонажей. Патриархальный уклад жизни, размеренный труд и отдых без суеты, представленные в полотнах, лишены социальной проблематики, либо плакатности, и воспринимаются зрителем как откровение. Неслучайно в обеих картинах присутствует образ матери художника, Зои Максимовны. Написанный в 1986 году «Портрет матери» пусть и несет следы учебной постановочности, но и обретает классическую репрезентативность, ту торжественность и ясность, которые определяют выразительность образа.

Иначе выстроена живописная система «Автопортрета в деревне» (1988) с его легкой самоиронией и театральной условностью. Художник, словно сказочный Емеля, полностью доволен собой и своей жизнью, не желает делать излишних усилий и достигать чего-то большего. Лубочная красочность определяет как строй картины, разнообразие деталей, так и саму суть деревенского счастья. И этот светлый счастливый мир, близкий русской сказке и детской вере в чудо, привлекает зрителя, как и оптимистический задор его создателя.

Постепенно сложилась серия пейзажных работ, среди которых: «Дорога к дому» (1993), «Осенний вид с барашками» (1993), «Вид с покинутым домом» (1994), «Вид с новой баней» (1994), «Вид с одиноким облаком» (1995), «Отчий дом» (1995), «Вид со стожком» (1998). В этих картинах пространство молчаливо и бесконечно, а созданные человеком строения теряют свою весомость и сливаются с природой. Ясная композиционная система то настраивает на лирический лад, то на эпическую мощь, цветовая гамма строится то на сближенных оттенках, то на сильных контрастах. Но атмосфера запущенности и одиночества не порождает печали или обреченности, напротив, в полотнах чувствуется умиротворенность. Для художника деревенская жизнь мудра именно своей первозданностью, особым ощущением времени и вселенских законов. А город если и появляется в его творчестве, то лишь случайно, как в «Бессоннице» (1995), и всегда со смутным ощущением неясной тревоги и непредсказуемости завтрашнего дня.

Несомненно, все эти годы художник экспериментировал, то тяготел к минимализму, то к декоративной красочности, были для него привлекательны символизм и наивное искусство. При этом он не впадал в крайности, и, при разнообразии живописных подходов, выполненные им картины узнаваемы по присущей художнику внутренней уравновешенности.  Пастозная манера письма, выразительная фактура и поиск цветовых оттенков характерны для работ с одноименным названием «Натюрморт с чертополохом» (1989, 1995). В «Портрете Оли К.» (1991) мастер избирает иную манеру, с локальными пятнами, ясно очерченными контурами и произвольно вывернутым пространством. Необычной кажется для живописца картина «Загородная прогулка» (1989) с укрупненными, поданными почти фронтально, лицами персонажей. Настороженность и лукавство, строгая сосредоточенность и мягкость, погруженность в себя и открытость читаются в образах молодых людей. Есть здесь и ощущение некоторой недосказанности и напряженности, что усиливает впечатления от полотна.

Художник не замыкался в своем мире, напротив, в восьмидесятых годах он получил первый серьезный опыт монументальных работ. Под руководством Германа Метелёва участвовал в создании мозаики «Времена года» (1987), выполнил роспись «Возвращение Орфея» (1988) по проекту Максима Гуревича в переходе Уральского университета. Умение работать в коллективе, как и решать живописные монументальные задачи пригодятся Николаю Шушалыкову в дальнейшем. Его творческий настрой, тяга к внутренней гармонии, к выразительной силе цвета, проявившиеся в станковой живописи, найдут воплощение в произведениях церковного искусства.

Художники по своему творческому складу тяготеют к духовному образу жизни, желают прикоснуться  к вечным идеям, к воплощению идеалов добра и красоты. Мастера, пришедшие в церковное творчество с серьезным опытом светской живописи, не просто поспособствовали быстрому возрождению утраченных традиций религиозного искусства, они невольно привнесли в строгую иерархическую систему, в мир канонических образов и сюжетов свое трепетное чувство прекрасного, свою веру в высшую справедливость и радость земного бытия.